Если вы прочли название и открыли статью — то вы смотрели Косенко у Дудя (иноагент на территории РФ). Подписчики интервьюера разочарованы: люди, которые никогда не сталкивались с инфоциганством, ждали привычного разговора с человеком, которому есть что сказать. Даже если ты с ним не согласен — всё равно интересно. А получили гостя, который будто бы ничего не говорит. Пустота, вязкость, бесконечные уходы от темы.
Но я, как психолог, смотрю на это совсем иначе. Если вы интересуетесь психологией, а тем более патопсихологией, — интервью с Косенко такой же мастхев, как интервью с Верой Полозковой. Просто по другой причине.
Для тех, кто не в теме: Косенко — один из самых успешных инфоциган России. Человек, который создал свою криптовалюту, на которой покупатели потеряли миллионы буквально мгновенно — что было абсолютно закономерно, потому что держалось всё на «прогреве» и ничем не обоснованных обещаниях дохода в 50 раз. Человек, который запускал «школы блогеров‑миллионников», продавал мастер‑классы по рилсам за сотни тысяч, был мужем Саши Беляковой — подруги Елены Блиновской, собирающей полный «Крокус» на свои «денежные медитации».
А для широкой публики он известен как тот самый мужчина, который бросил двухмесячного ребёнка в снег ради рилса — за что на него завели уголовное дело.
Но даже это всё не так важно. Перед нами — классический человек с нарциссическим обаянием, зарабатывающий на доверии. И вот у него выходит интервью у Дудя.
Не знаю, какой был план у Юры, но у Сергея он был предельно простой: миллион просмотров → сто тысяч новых покупателей курсов, крипты, обучений. Он не переживает о своём имидже, не хочет донести позицию по политике, не стремится к славе — её у него ровно столько, сколько нужно для продаж.
Смотреть тяжело, долго, местами мучительно. Но полезно — особенно тем, кто спрашивает: «Ну неужели так сложно не поддаваться мошенникам?» или «Как люди ловятся на удочку нарцисса?»
Потому что вот он — красивый, приятный, доброжелательный Сергей. И мозг у зрителя ломается. Мы же ждём от нарцисса и психопата (тёмная триада… уууу) холодной самовлюблённости, отстранённости, хищности. А тут — зая. Тёплый, мягкий, улыбающийся.
Он не отказывается ни от каких обвинений, ни с чем не спорит.
— Ты ребёнка в снег кинул, — говорит Юра строго. — Да, я плохо поступил. Хотел рилс на миллион. А знаешь, какие у меня рилсы просматриваемые…
— Ты понимаешь, что люди разорились на твоей крипте? — Да, потеряли. Я даже расстроился. Мы с партнёром не спасли их от огорчения. Но я тоже не заработал столько, сколько мог. А Моргенштерн тоже так делал. А я спортом занимаюсь…
И Дудь — резкий, прямой, человек, который не боится задавать острые вопросы преступникам, — ко второму часу сидит молча и уныло слушает про «новые бизнес‑проекты» обаятельного Косенко.
Почему так происходит? Почему человек, который может противостоять опасной агрессии, оказывается безоружен перед дружелюбным манипулятором?
Потому что перед нами — не просто «обаятельный Сергей». Перед нами человек, который мастерски использует мягкую, вязкую, обезоруживающую манипуляцию. Ту самую, которую в учебниках по патопсихологии описывают сухо и скучно, а в жизни она выглядит именно так: улыбка, спокойствие, согласие, отсутствие сопротивления.
И это парадокс, который ломает зрителю мозг. Мы привыкли, что манипулятор — это кто‑то резкий, хищный, давящий. Что нарцисс — холодный, отстранённый, самовлюблённый. Что мошенник — агрессивный продавец с глазами‑лампочками.
А тут — зая. Говорит «да, я виноват», «да, я плохо поступил», «да, люди потеряли деньги». И всё это — без единой эмоции, без тени переживания, без малейшего внутреннего движения.
И вот это — ключ. Потому что вина без чувства вины — это не раскаяние. Это инструмент. Но он сбивает с толку: ведь мы слышим от человека полное признание и осознание, а как с этим быть — непонятно.
Агрессия активирует сопротивление, а раскаяние обезоруживает. Перед агрессором ты мобилизуешься. Перед «милым человеком» — расслабляешься. Мы все хотим принятия и понимания, жить в состоянии вечного противостояния тяжело. А тут — он такой виноватый…
И вот сидит Дудь, который привык, что гость будет оправдываться, спорить, защищаться, злиться, пытаться выглядеть лучше. А Сергей делает противоположное: снимает напряжение, снимает конфликт, снимает ответственность — и в итоге снимает саму возможность вести жёсткий разговор.
Это же работает и в обычной жизни: коллега, который каждый день уходит на час раньше и всегда «очень согласен, что он не прав»; муж, который после каждого запоя признаёт вину и жалуется на «плохих друзей»; блогер, который искренне хочет сделать вас миллионерами, если вы внесёте десятки тысяч, а через месяц рыдает в сториз, что «бизнес не взлетел».
И вторая техника — смещение фокуса и размывание сути — у него тоже отточена идеально.
— Ты сказал в интервью, что заработал миллион на крипте в 22 году. Это так? — В 22? А мне казалось, что раньше… или позже… А это же прям перед СВО… А тогда все нервничали… И вообще многие всё скупали и теряли…
Ответ даже не был начат. Он сразу ушёл в обсуждение деталей вопроса — его нюансов, мелких неточностей, формальных моментов. И ни слова о том, что на вопрос не будет ответа. Он обязательно ответит. Как только поговорит про детали. Если вы не забудете, о чём спрашивали.
И вот главный вывод, который стоит вынести: интервью с Косенко — это не про бизнес, не про крипту, не про блогинг. Это учебник по мягкой нарциссической манипуляции, записанный в HD‑качестве.
Если смотреть его как зритель — оно пустое. Если смотреть как психолог — оно структурное, показательное, почти лабораторное.
Самое важное в нём — не то, что он сказал. А то, как он ничего не сказал — и это было его главным инструментом.
