Александр Кох Автор: Александр Кох
2 февраля 2021 г.
47нет комментариев
Депрессия

Портрет на стене

рамки
Портрет на стене
У каждого из нас есть родственники, более далекие или условно близкие – всех и не сосчитаешь на разросшемся во все стороны геналогическом древе.

У каждого из нас есть родственники, более далекие или условно близкие – всех и не сосчитаешь на разросшемся во все стороны геналогическом древе. Оно настолько велико, что некоторые ветви навсегда останутся вне зоны нашей видимости. И это нормально, по крайней мере, следуя логике нас – перекати-польных жителей XXI века, чьи знания о собственной семье обрываются на уровне дедушек или первой приставки «пра».

У каждого из нас есть родственники, и это было бы еще пол-беды. Проблема в том, что иногда они умирают. Конечно, зачастую это не проблема, а совсем наоборот, но сейчас мы не станем рассматривать случаи, когда оставшаяся в живых родня с плохо скрываемой радостью или облегчением провожает преставившегося. Ведь так бывает, чего уж скрывать: не все люди нам нравятся, не все нам приятны, а иногда они еще и оказываются членами нашей семьи.

Гораздо хуже, когда мы теряем того, кто нам по-настоящему близок и дорог. Без дураков. После того, как стадии горевания пройдены, умершему необходимо оставить место в душе. Хорошее, светлое и желательно просторное, куда мы поместим его самого и целый гроб воспоминаний, с ним связанных. Это наш долг. Не правда ли?

Мы всегда им что-то должны. Никогда не думали об этом? Как любовь к ним незаметно преобразуется в почитание, обида – в вину, а наши ошибки – в ненависть к себе. Смерть недурно расставляет акценты. К ней сложновато испытывать теплые чувства, быть может, потому, что те, кого она касается, коченеют от холода? Так же, как и к умершим не получается испытывать что-то живое. Живое значит противоречивое, а что может быть стабильнее, чем смерть?

«О мертвых либо хорошо, либо ничего» — аксиома нашей жизни после чьей-то смерти. И всем наплевать, что в оригинале эта фраза звучит несколько иначе: «О мертвых либо хорошо, либо ничего, кроме правды». Не важно. Правда ведь может оказаться не столь комплиментарной и не соответствовать торжественности момента, верно?

«Он был прекрасным человеком, все делал для блага семьи» — наверное, гораздо благозвучнее, чем: «Но при этом поколачивал жену, тиранил детей, пил горькую и щипал соседок». Или «Она была прекрасной матерью, верной женой и просто замечательной хозяйкой… Хотя любила пилить мужа, распускать сплетни, пару раз на корпоративах забывала, что замужем, и если пела, то у благодарных слушателей кровь лилась из ушей».

Не самые благопристойные подробности, о которых хочется забыть или не знать. Ведь идеальный образ любить гораздо легче. Ну, как любить… Скорее, почитать. Создание идеала никогда не приносило пользы, с кем бы мы этот трюк ни проделывали. Когда мы идеализируем живых: возлюбленных, родителей или кого-то еще, всегда есть шанс, что суровая реальность вернет нас с небес на землю. А вот если личность покойника полируется до блеска, велика вероятность, что он останется идеальным надолго, если не навсегда. Свой лимит косяков он исчерпал вместе с жизнью. А раз так, то тут и до канонизации недалеко.

Что же тут плохого? Да вы знаете, пожалуй, все. Если мы из своих родителей делаем святых, мы лишаем себя права на ошибку, на слабость, часть своих эмоций блокируем или вообще можем посвятить свою жизнь ушедшему, стараясь хоть на йоту приблизиться к тому совершенному образу, который нарисован у нас в голове. Все попытки изначально обречены на провал, ведь что может быть недостижимее совершенства, которое мы сами себе придумали? А раз так, открываем дверь пошире для наших постоянных гостей: вечному недовольству собой, выгоранию, усталости, обиде на себя… Так. А где чувство вины? Никто не видел? А-а-а, вот оно! Ну что же ты, проходи, не топчись на пороге, для тебя приготовлено лучшее место! Куда ж я без тебя, мое любимое!

Ну, а если речь заходит об умерших супругах или партнерах, то здесь немного проще: достаточно будет просто отключить в себе мужчину / женщину, перестать замечать потенциальных кандидатов во вторые половинки и самому стать для них невидимым. Если же овдовевший человек достаточно общителен, для него тоже есть вариант: он может упорно искать родной образ среди живых, периодически отыскивая знакомые черты в других людях, перенося на них любовь, предназначенную не им, и ожидания, что они всецело повторят личность дорогого покойника. Как вы понимаете, при таком раскладе разочарования не избежать.

Ох уж эти идеальные покойники! Шагу нельзя ступить без их осуждающего взгляда! А если и можно – не волнуйтесь, окружающие помогут вам избавиться от сего ошибочного суждения. Своевременные высказывания и ненавязчивые сравнения быстро сделают свое дело. «Хорошо, что твой отец / мать уже не видит всего этого». Спасибо, добрый человек, решившийся сказать подобное другому. Эти слова, как никакие другие, преисполнены христианским милосердием и состраданием к ближнему.

Если семейный альбом превратить в картинки из жития святых, мы больше никогда не откроем его с тем, чтобы порадоваться воспоминаниям иди набраться сил. Ресурсы и энергию можно попросить лишь у того, кого любишь, а не боготворишь. А если любишь, то признаешь, что идеальных людей не бывает, даже если они мертвы.



Добавить комментарий:
   



Вы должны войти или зарегистрироваться, чтобы комментировать статьи.
Другие статьи автора
Вы испытываете трудности с подбором специалиста?
Задать вопрос психологу онлайн
Избранное: 0