Удивительна эта способность человека — увидеть что-то своё буквально во всём. Это странно, непонятно, глубоко и даже волшебно. И даже зная, что корни — в устройстве психики и в том, что было заложено в нас когда-то, я не перестаю восхищаться этим удивительным феноменом.
Сегодня на РАПОПовских чтениях с коллегами обсуждали книгу Антонино Ферро «Клиническая практика психоанализа сегодня», а именно первую главу — про анорексию и булимию.
Странно: хотя я и знала, что эти два нарушения — две стороны одной медали, я всегда почему-то рассматривала их как диалог с миром. Как будто после психологической травмы мир начинает восприниматься либо как нечто пугающее, от чего нужно укрыться, спрятаться, исчезнуть — и тогда я перестаю есть (анорексия). Либо, наоборот, я ем много, чтобы стать тем, на кого не нападут, — большим, защищённым (булимия).
Но читая эту книгу, я увидела, что это могут быть и внутренние процессы — диалог с собой. Где меня пугают мои же эмоции, и я морю голодом внутреннюю «собаку» — ту часть себя, что чувствует, — чтобы уменьшить страдания (анорексия). Либо откармливаю её до отвала, до лени и тяжести, чтобы у неё не было ни сил, ни желания меня атаковать (булимия).
Возникает вопрос: а что, если истина лежит где-то посередине, в постоянном, динамичном симбиозе внутренних процессов и внешних взаимодействий? Если наше «Я» — это не статичный наблюдатель, а некий проводник, постоянно переводящий язык внешних событий на язык внутренних конфликтов и обратно? И тогда самый главный вопрос: я, находящаяся в эпицентре этого обмена, действительно что-то решаю, обладаю хоть толикой свободной воли в этом процессе? Или же я, словно щепка, отдаюсь воле могучего течения, где проекции и интроекции сменяют друг друга по давно заданным схемам?
Книга, безусловно, мега-крутая, серьёзная, требующая полной интеллектуальной отдачи. И тем контрастнее был наш сегодняшний разговор на чтениях — мы так много смеялись, что это стало отдельным терапевтическим актом. И случилось это именно благодаря тому магическому эффекту, о котором я говорила вначале: каждый из нас увидел в сложных концепциях Ферро что-то своё, личное, — и это видение мы щедро, с юмором и доверием выкладывали в общее пространство.
Забавный личный парадокс: я, погружаясь в текст о нарушениях пищевого поведения, в процессе чтения незаметно съела приличную горсть шоколадных конфет. Не ирония ли судьбы? Или ещё одно маленькое подтверждение сложности и нелинейности всех наших психических процессов?
Вывод всё тот же: психология — моя большая любовь навсегда ☯️
P.S. Раньше я бы, пожалуй, покривила душой, но сейчас готова признать: похоже, я по-настоящему начинаю становиться фанатом психоанализа. В его строгости, глубине и даже в его поэтике есть что-то невероятно притягательное.
