Недавно смотрел видеолекцию Фёдора Ефимовича Василюка о переживании и сопереживании. Фёдор Ефимович — выдающийся отечественный психолог, автор теории переживания и создатель понимающей психотерапии.
В лекции он рассказывал об эксперименте, в котором пытались выяснить, можно ли помочь человеку решить трудную задачу, не подсказывая самого решения, и какой способ помощи работает лучше.
Студентам давали такую задачу: часы отбивают шесть ударов за шесть секунд. Сколько времени займут двенадцать ударов?
Правильный ответ оставлю в конце статьи — а то вдруг не дочитаете.
Как проходил эксперимент
Во все подробности эксперимента вдаваться не буду. Суть такая: студентов разделили на четыре группы, но с каждым работали отдельно. Участник решал задачу и рассуждал вслух, а экспериментатор находился рядом.
Знания математики здесь не проверяли. Наблюдали за самим процессом решения с точки зрения психологии. Ведь когда что-то никак не получается, нам приходится ещё и справляться с тем, как мы это переживаем.
Тут стоит коротко пояснить, что Василюк называл переживанием. В его теории это внутренняя работа человека в критической ситуации. Он пытается осмыслить случившееся и найти, как с этим жить дальше. Сопереживать в понимающей психотерапии означает помогать человеку в этой работе. Психолог старается понять его и вместе с ним разобраться в происходящем.
Конечно, здесь речь не шла о жизненном кризисе. Но в процессе решения задачи у участников тоже возникали переживания, с которыми приходилось справляться.
Так вот, вернёмся к эксперименту.
В первой группе человеку никто не помогал. Экспериментатор присутствовал, но участник сам разбирался с задачей.
Во второй использовали эмпатическую поддержку. Экспериментатор обращал внимание на чувства человека в процессе решения и озвучивал свои предположения о них. По смыслу это могло звучать так: «Мне кажется, вас уже раздражает эта задача, потому что никак не получается её решить». При этом происходящее не было похоже на группу поддержки с подбадриванием «Давай, ты сможешь!». Экспериментатор включался лишь время от времени, отражая чувства участника.
В третьей группе помогали собрать мысли воедино. Экспериментатор проговаривал рассуждения участника: какие варианты тот рассматривает, что уже попробовал, на чём остановился и что сам собирается попробовать дальше. Так человеку помогали яснее увидеть собственные мысли. При этом не говорили, какая версия правильная, не подсказывали ответ и не указывали, в каком направлении искать решение.
В четвёртой группе сочетали оба способа: периодически отражали чувства, как во второй, и помогали разобраться с мыслями, как в третьей.
В итоге обнаружилась любопытная разница. Отражение чувств помогало людям реже бросать задачу, но правильных решений больше не становилось. Когда помогали разобраться в мыслях, правильных решений было больше, хотя многие всё равно прекращали попытки, так и не решив задачу.
А лучше всего получилось в четвёртой группе, где сочетали оба способа. Там участники чаще находили правильный ответ и реже опускали руки, если не получалось решить задачу сразу.
Как это может помочь с домашкой
Эксперимент, конечно, проводили со взрослыми. Но мне кажется, что этот подход можно попробовать и с ребёнком, когда вместе делаете уроки. Например, он взялся за задачу, пытается разобраться, несколько раз ошибается — и постепенно уже само желание продолжать куда-то пропадает. Ситуация ведь в чём-то похожая: один человек решает задачу, второй находится рядом.
Про домашку я подумал потому, что мне как родителю это тоже актуально. Думаю, многим знакомо: сидишь с ребёнком, пытаешься помочь, а потом и сам начинаешь раздражаться. В какой-то момент психологическая помощь нужна уже обоим — и ребёнку, и родителю 🙂
Если ребёнок не может решить задачу, можно сперва попробовать, как в эксперименте, отразить то, что он сейчас чувствует. Предположить, что он расстроен из-за неудачных попыток, раздражён, не уверен в своих силах или просто устал. Расспросы устраивать необязательно: можно сказать, что мы замечаем и как понимаем его состояние. А затем посмотреть, согласится ли ребёнок с нашими предположениями или поправит нас.
Потом можно использовать второй способ помощи из эксперимента: вместе восстановить ход размышлений — что ребёнок уже пробовал, на каком месте остановился и почему. Может оказаться, что он не понял условие или упустил какую-то деталь. Возможно, рассуждая вместе с вами, ребёнок сам поймёт, как решить задачу или что попробовать дальше. Можно вместе перечитать условие, найти нужное правило в учебнике — помочь ему самому разобраться, не решая за него. А если после такого разбора всё равно не получается, можно и немного подсказать. Мы же здесь уроки делаем, а не эксперимент ставим.
Возможно, эти два способа помогут ребёнку разобраться с задачей, а нам — меньше раздражаться в процессе. Но стоит учитывать и усталость. Если ничего не помогает и напряжение только растёт, лучше отложить тетрадки и сделать перерыв. Ни одна оценка не стоит ссоры с ребёнком.
Конечно, это не универсальный способ и не какое-то моё открытие. Но, мне кажется, попробовать стоит. Получится — здорово. Не получится — попытка не пытка.
И да, чуть не забыл про ответ к задаче с часами. Правильный ответ — 13,2 секунды. Между шестью ударами пять промежутков, которые и занимают шесть секунд. Значит, один промежуток длится 1,2 секунды. Между двенадцатью ударами таких промежутков одиннадцать. Умножаем 1,2 на 11 и получаем 13,2.
