Известный американский психотерапевт Джеймс Бьюдженталь как-то отметил: “Психотерапия — это не то, что вы думаете. Это не лечение болезни. Это не руководство со стороны мудрого советника. Она о том, как вы думаете”.
С ним сложно не согласиться, ведь роль психотерапевта — это отказ от ролей что ему пытаются причислить пациенты. по крайней мере, не возводить эти роли в разряд главных.
Будь специалист в роли мудреца — он выпадает из терапевтической позиции. Так, говоря о правилах которым необходимо следовать, т. е соблюдать как заповеди — мы лишаем человека свободы выбора (и обратной стороны по имени ответственность). А цель терапии все же заметить свою обречённость на свободу (играясь с терминами Сартра), а не сузить весь горизонт возможных смыслов, до тех что присутствуют у психотерапевта.
Окажись специалист в роли советчика — он заметил себя в той ситуации где ответственность за жизнь пациента/клиента снова на нём. роль Атланта что несет на плечах небо звучит эпично, но увы тоже обречена на малоприятный исход. Тут трудно не согласиться с писателем А. Дюма: «Обычно люди обращаются за советом только для того, чтобы не следовать ему, а если кто-нибудь и следует совету, то только для того, чтобы было кого упрекнуть впоследствии».
Роль поддержки или «жилетки для эмоций» — это может вывести к бесконечному и хаотичному отреагированию (без попыток разобраться в чем дело). к сожалению, так мы можем оказаться в огромной иллюзии что «все хорошо». и одобрению.
Еще можно пофантазировать о ролях — прокурора, друга, родителя и тренера. Но полное погружение в эти роли тоже препятствие для терапии.
Находясь полностью в этих ролях — терапевт может поддерживать симптомы, препятствуя (осознанно или нет) тому бытию, в которое вовлечён человек. в них мы ближе к ИИ чем к полнокровному присутствию — автомат по выдачи поддержки или «правильных» советов.
Однако, эти роли могут быть. Не как главные. Скорее как эпизодические, еле заметные и фрагментарные. Они вспыхивают изредка и быстро исчезают.
Ближе всего к терапевтической роли — роль Шута. Представитель этой профессии был единственным человеком при королевском дворе, которому разрешалось говорить горькую правду, не боясь казни. Весь «увеселительный» инструментарий был направлен на эту цель. Но для этой роли нужна терапевтическая решительность и решительность пациента/клиента к тому, чтобы быть открытым. Это диалог в котором исследуется жизнь.
«здесь не про цинизм или эпатаж, а про возможность говорить непопулярное, не разрушая контакта»
Это попытка открыть и понять себя. А кабинет — то самое место где можно озвучить все мысли, чувства, ценности и идеи что сложно назвать в обычной жизни. Это место где открываются ящики Пандоры (оставляя на дне надежду).
Психотерапия в этом ключе похожа на аренду: специалист арендодатель, времени, пространства и собственной вовлеченности. Все как и с арендой квартиры: тут можно заниматься своими делами, само развиваться, открывать себя, выражать мысли.. ну а можно разнести все в дребезги (и да, результат тут получится такой же — разрушение и пустота).
Терапия теряет свою суть при определенных условиях:
1. если хочется изменить другого человека (особенно без его ведома и желания).
2. если хочется крайне быстрого результата (и особенно затрагивающего все аспекты жизни).
3. если есть ожидание что психолог скажет что-то новое (он, кстати, может очень редко говорить).
4. если нет желания/возможности прикладывать усилия к исследованию себя. (и особенно замечать свои мысли, эмоции, паттерны поведения, привычные проявления в отношениях)
Но если вы открыты к пути самоисследования полного различных чувств и активного присутствия другого в этом пути — то терапию всегда возможно начать. только дайте себе время.
